Продолжение. Начало в № 41, 43, 44
В преддверии знаменательной даты «ММ» запускает серию материалов, посвящённых истории Магнитогорской Госавтоинспекции.
Профессия – судьба
Подполковник милиции Александр Емельянов шестнадцать лет возглавляет музей городского управления внутренних дел. Он в деталях знает каждый из стендов, на которых представлена вся история магнитогорской милиции от тридцатых годов и до наших дней, с удовольствием рассказывает о спецтехнике и экспонатах – а их в музее более полутора тысяч, о людях и значимых датах. Но особо близка ему экспозиция, посвящённая истории Магнитогорской Госавтоинспекции, в которой Александр Иванович прослужил более двадцати лет.
В юности Александр Емельянов мечтал стать врачом и после восьмого класса поступил в медицинское училище. Парней в то время охотно принимали на фельдшерские отделения из-за высокой востребованности данной специальности в армии и системе здравоохранения.
– Окончил училище и был призван на срочную службу. Попал в погранвойска, служил на границе с Китаем, в медсанчасти, – рассказывает Александр Иванович. – Армейская система с её дисциплиной мне понравилась, и, демобилизовавшись, решил связать жизнь с милицией. Ещё до армии был дружинником в Ленинском райотделе, так что общее представление о будущей профессии имел. Комиссию проходил в поликлинике УВД, где работала Мирра Наумовна Суханова, которая в своё время преподавала хирургию у нас в училище. Узнав, что устраиваюсь в органы, спросила: «Чего ж ты, Саша, медицине-то изменил?» Объяснил, что болезни бывают разные, в том числе и социальные. Кто-то же должен с ними бороться.
Службу Александр Емельянов начал в 1977 году в отдельном дивизионе отдела внутренних дел Левобережного райисполкома с азов – инспектором ДПС. Патрулировал улицы, проводил профилактическую работу с водителями, занимался расследованием дорожно-транспортных происшествий. Будни сотрудников автоинспекции – это не всегда погони со стрельбой, хотя случается и такое, а ежедневная служебная рутина, от которой во многом зависит безопасность на дорогах, подчёркивает ветеран.
– На патрулирование выезжал на тяжёлом мотоцикле-одиночке. Вот на таком, только без «люльки», – Александр Иванович указывает на ярко-жёлтый «Урал» с синими вставками, который уже много лет является одним из самых популярных экспонатов в музее УВД. – Зимой сотрудникам выдавали полушубки из овчины, валенки и краги. Оружие у нас при себе было всегда, но применяли его нечасто. Время было более спокойное или водители более понятливые.
Для молодого инспектора служба в ДПС стала хорошей проверкой на прочность: работать в постоянном напряжении по восемь часов в сутки не каждому под силу, кроме того, приходилось много общаться с людьми, быть и «справочным бюро», и психологом, и помощником. В общении с водителями он делал упор не на наказание, а на профилактику.
– Не всегда правила дорожного движения нарушают намеренно, – убеждён Александр Иванович. – Если видел, что это случайность, останавливал водителя, разъяснял, а уж если он упирался, не хотел вникать в суть нарушения, переходил к более жёстким мерам.
Одним движением жезла
По сравнению с нынешними временами оснащение советского инспектора ГАИ было минимальным, вспоминает Александр Емельянов. Главными инструментами были жезл, свисток и блокнот. В семидесятых годах появились первые радары для контроля скорости, а до этого использовали секундомеры – скоростемеры ХР-1. Отмеряли расстояние – пятьдесят или сто метров. Клали лист железа в начале и в конце отрезка пути. Когда машина въезжала на лист, он гремел, инспекторы включали скоростемер и смотрели, за какое время она проедет эту дистанцию. Нарушителю грозил немалый штраф или «дырка» в талоне предупреждений, где фиксировали нарушения ПДД. Официально эта система появилась в 1960 годах и просуществовала до распада СССР. Суть её заключалась в следующем. За каждое серьёзное нарушение инспектор не только выписывал штраф, но и специальным компостером делал просечку в талоне предупреждений, который выдавали вместе с водительским удостоверением. Если водитель получал три таких отметки в течение года, его лишали водительского удостоверения на срок от трёх месяцев до трёх лет. Вернуть его можно было только после сдачи теоретического экзамена на знание ПДД.
– Помню, как волновался и переживал, когда делал первую просечку, – признаётся Александр Иванович. – Город у нас небольшой, так что нарушители, по сути, были одни и те же. Мы друг друга знали в лицо. Бывало, под влиянием эмоций дорожные хулиганы угрожали, обещали рассчитаться со мной, а спустя годы извинялись: мол, молодые были, горячие…
Предотвратить и предупредить
Отработав на дороге полтора года, Александр Емельянов перешёл на должность инспектора пропаганды и агитации отдельного взвода дорожного надзора ГАИ – взаимодействовал с учебными заведениями, предприятиями.
– Старшим инспектором пропаганды был Борис Иванович Веселов, а куратором – заместитель начальника ГАИ подполковник милиции Анатолий Васильевич Ефименков. Он учил общаться с людьми, строить разговор – и педагогически, и психологически, – вспоминает Александр Иванович. – Тогда всех сотрудников ГАИ закрепляли по школам, детским садам и предприятиям. Если случалось ДТП с участием ребёнка, проверяли работу учебно-образовательного учреждения, выясняли, проводят ли занятия по ПДД, какие меры профилактики нарушений приняты. Читал лекции в школах и на предприятиях, рисовал информационные листовки, плакаты, проводил беседы с членами союза автомобилистов. Еженедельно готовил с коллегами справку для «Магнитогорского рабочего» о количестве совершённых ДТП и задержанных водителей, управлявших транспортом в нетрезвом состоянии. Участвовал в городской телепередаче «Страничка ГАИ» – каждую пятницу рассказывал зрителям о резонансных ДТП.
Служба дни и ночи
В 1986 году Александр Емельянов перешёл в дежурную часть, которую нередко называют «пульсом дороги», ведь именно туда круглосуточно поступает оперативная информация, требующая немедленного вмешательства инспекторов ДПС. Сотрудники дежурной части первыми узнают о ДТП и первыми выезжают на помощь. Их работа не всегда видна, но без неё невозможна безопасность на дорогах, подчёркивает Александр Иванович.
– Приём сообщений 24 часа в сутки: где-то ДТП случилось, где-то светофоры отказали, дорогу разобрали или затопило, – вспоминает горячие будни ветеран. – Выезжал на место происшествия, оформлял материалы по ДТП, протоколы, брал объяснения участников, рисовал схему. Александр Иванович признаётся, что так и не смог привыкнуть к тяжёлым картинам ДТП с пострадавшими, но тяжелее всего было сообщать родным о гибели их близких.
С 1991 года Александр Емельянов – на партийно-политической работе в подразделениях ГАИ, в 1997 году он возглавил отдельный батальон ДПС, созданный по инициативе начальника ГАИ Леонида Селедцова.
– Людей туда набирали штучно. 150 человек. Задача – обеспечение безопасности дорожного движения, снижение аварийности и травматизма на дороге, – продолжает рассказ Александр Иванович. – С появлением видеофиксации на улицах работать сотрудникам ГАИ стало чуть легче. Видимо, осознание того, что за тобой наблюдают, дисциплинирует водителя. Помню, как приучали мотоциклистов к ношению защитных касок, а водителей – к использованию ремней безопасности. Не сразу, но приучили.
В 2001 году Александр Емельянов вышел в отставку. В 2010 возглавил музей истории УВД. С этого времени в жизни подполковника милиции началась новая страница. Он стал прекрасным экскурсоводом и фотографом. Благодаря ему музей никогда не пустует, приходят на экскурсии школьники, студенты и воспитанники детских садов, молодые сотрудники полиции и коллеги-ветераны.
Бывших сотрудников ГАИ не бывает, уверен Александр Иванович. Он признаётся, что и сегодня придирчиво относится к тому, что происходит на дорогах города. Не может спокойно пройти мимо нарушителей и нарушений. Технический прогресс, конечно, сильно повлиял на работу ГАИ, но даже сегодня, когда технологии фиксации нарушений достигли невиданных высот, советский опыт напоминает о простой истине: безопасность на дорогах начинается не с камеры, а с внутренней культуры человека за рулём, убеждён Александр Емельянов.
Продолжение следует
